- Что-то ты в самом; деле расклеился, - заметил Катцен.

- Виноват, - вздохнул Коффи. - В день рождения каждый имеет на это право.

Катцен стукнул по австралийской фетровой шляпе, и она съехала на глаза Коффи.

- Встряхнись, дружище! Иногда приходится заниматься и не самыми увлекательными вещами.

- Да не в этом дело, - поморщился Коффи. - Хотя и в этом тоже. - Он снял шляпу и вытер пальцем пот с ободка, после чего снова водрузил ее на давно не мытые светлые волосы. - Просто мне кажется, что когда-то я был великолепным юристом, Фил, Настоящим волшебником. Моцартом юриспруденции, С двенадцати лет я начал читать юридические книги из библиотеки отца. В то время как все мои друзья мечтали стать астронавтами или игроками в бейсбол, я грезил о карьере стряпчего. В четырнадцать лет я уже мог самостоятельно вести любые дела.

- Представляю твоих клиентов, - невозмутимо заметил Катцен.

- Ты понял, что я имею в виду, - нахмурился Коффи,

- Ты имеешь в виду, что не достиг своего потенциала. Добро пожаловать в реальный мир. А мне, кстати, очень тебя не хватало, когда я работал в "Гринписе".

- Да, - улыбнулся Коффи. - Я не бросался на палубу, чтобы прикрыть от гарпуна новорожденных тюленей, и не хватал за руку здоровенных громил, устанавливающих капканы на черных медведей.

- Мне приходилось делать и то, и другое, - сказал Катцен. - В первом случае я чуть не задавил тюлененка, а во втором мне самому сломали нос. Проблема заключалась в помощниках. Доставшиеся мне бездельники не могли отличить морскую свинью от дельфина. Хуже всего, что им было на это наплевать. Я видел, как ты прорабатывал наш визит к турецкому послу. Ты предусмотрел буквально все и великолепно провел переговоры.